Вы здесь: Главная > Водка в России больше, чем напиток

Водка в России больше, чем напиток

Слухи о грядущем подорожании водки с 1 апреля оказались преувеличенными.

Почему средства массовой информации вдруг наперебой стали писать о том, что с 1 апреля 2009 года государство официально устанавливает минимальную цену пол-литровой бутылки водки в 90 рублей, ссылаясь на якобы уже принятый федеральный закон? Не знаю зачем, но догадываться могу. С чего это вдруг уже после 8 марта наш брат-москвич стал затовариваться водочкой в усиленном режиме? Уж не милые ли сердцу горожанина торговые сети решили под сурдинку улучшить не самое радужное финансовое положение, тихой сапой распуская слушки о грядущем подорожании? Слух-то сделал свое дело.

И похлеще нашего пьют

Вечно россиян попрекают в пьянстве. Да, выпиваем, конечно, но зачем же делать из нашего человека главного пьяницу на планете? Это, знаете ли, сильное преувеличение.

Всемирная организация здравоохранения установила норму безопасного потребления алкоголя в пересчете на чистый спирт. И составляет она 8 литров на человека в год. Так вот, в 2008 году, по сведениям ВОЗ, “исходя из чистого спирта”, граждане России приняли на грудь 10,3 литра. А как у других? В этом смысле показателен для нас пример канадцев. Климат у них такой же, как в России, выпили же они в прошлом году 7,8 литра в пересчете на чистый спирт. Американцы немного не уложились в норму – 8,6 литра. Но в лидерах-то – самые добропорядочные, самые благополучные нации. У французов – 11,4, у немцев – 12, а у ирландцев – аж 13,6 литра на их “западноевропейскую” душу.

Другой вопрос, что пьют. Вот, например, водочки, согласно данным Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя (ЦИФРА), у нас произвели в прошлом году 1,215 миллиарда литров. И выпили мы с вами “огненной” воды и ликероводочных изделий действительно больше всех – 14,3 литра на душу населения в год. Включая младенцев. Кстати сказать, уж извините, 7 процентов из этого океана водки пришлось на слабый пол.

Вслед за нами по этому “водочному” показателю с большим отрывом следуют поляки – 9,4, шведы – 6,9, финны – 5,7 литра в год. Но не все тот алкоголь, что водка. Средний француз потребляет в год 55, а средний итальянец – 50 литров вина, в то время как российский патриот сорокаградусной – лишь 6 литров. Немцы выдувают ежегодно 118, англичане – 97, а ирландцы – 95 литров пива.

Мы не слишком отстали, но все-таки – 81 литр. Вот такой забористый расклад.

Перейдем на брандахлыст?

Понятно, что, “переваривая” все вышесказанное, нам отнюдь не безразлично, сколько будут стоить шкалики, чекушки и штофы беленькой.

По словам директора ЦИФРы Вадима Дробиза, к которому “ВМ” обратилась за разъяснениями, информация о якобы устанавливаемом 90-рублевом пороге минимальной цены водки действительно похожа на первоапрельский розыгрыш.

– Вполне возможно, что некоторые журналисты не разобрались в информационных потоках, – размышляет Вадим Иосифович. – Дело в том, что недавно российское правительство утвердило положение о Федеральной службе по регулированию алкогольного рынка. Этому ведомству, в принципе, вменено в обязанность устанавливать минимальную цену на алкоголь крепостью свыше 28 градусов, делать для правительства подобного рода расчеты и предложения. Но конкретных сроков пока никто не называл и никаких механизмов не разрабатывал.

Хорошо, но, выходит, рано или поздно такую цену назначить собираются. Какова эта цена должна была бы быть? Поинтересуемся структурой затрат на производство спиртного и дальнейших ценовых пертурбаций, которые претерпевает водочка до появления на прилавках магазинов. Себестоимость стандартной поллитровки водки (о напитке класса “премиум” речь не идет), по словам В. Дробиза, – не более 16–20 целковых. С каждой бутылки “горючей” государство берет 45 рублей в качестве акциза и НДС. Вот и считайте, сколько накидывают на бутылочку розничные продавцы. 30–40 процентов наценки – это еще не самые великие цифры. Так она до обычных 90–95 рублей и доползает. А то, что ниже этой планки, – водка нелегальная.

Кстати, ведь никто не мешает проверять, откуда взялась дешевая “огненная” водичка, принимать меры. Вы себе представьте, ведь 65 рублей – это стоимость бутылки до применения торговой наценки. Если вы видите на прилавках бутылек по такой цене, стало быть, хозяин магазина – баснословно щедрый человек и продает сорокаградусную из филантропических соображений. Едва ли, просто такая водка – нелегальная: никаких акцизных платежей государственная казна в данном случае не получила, оттого сия “беленькая” и дешевая.

Каждый год реальная минимальная цена водки растет: повышается акциз, растет стоимость оборудования. С 1 января 2010 года, утверждает Вадим Дробиз, если ничего не изменится, по всем этим показателям минимальная цена легальной водки возрастет до 105 рублей. Это расчетный, повторим, а не назначенный сверху минимум цены. Но вот какую цену в качестве минимальной официально вычислит Росалкоголь, пока неведомо. Сама служба начнет действовать во втором полугодии. Ведомство же должно хотя бы просто набрать штаты – для этого тоже требуется время.

Что будет, если “застолбить” минимум цены пол-литра в 90–105 рублей? Уж не перейдем ли мы тогда на брандахлыст, как называли россияне дешевую привозную картофельную водку в середине XIX века? “Вполне вероятно. Не сможет “огненную” воду по 90–100 рублей покупать до 40 процентов населения страны”, – признает Вадим Иосифович. – Они будут думать, где взять суррогат. Начнут гнать самогон. Другой вопрос, что устанавливать минимальный водочный порог цены просто необходимо”.

– Кризис, по вашим данным, спровоцировал еще больший уход водки в “тень”?
– Конечно. Начиная с октября прошлого года легальное производство водки и ликеро-водочных изделий сократилось на 20 процентов. Эта водка и ушла – в основном, думается, в подполье.

Наша летопись в этикетках

Нет, кроме шуток. Водка, ее марки и клички у нас всегда были мерилом отношения общественного мнения к историческим процессам. Вспомните (кто еще помнит), что первая более-менее качественная советская водка, которая так не нравилась булгаковскому профессору Преображенскому, прозывалась в народных массах “Рыковкой”. В честь Алексея Рыкова. Во-первых, премьера той поры, а во-вторых, большого любителя этого напитка.

Спустя почти шестьдесят лет бутылку с ядовито зеленой этикеткой прозовут “Андроповкой”.

В начале девяностых, когда ворота открылись для не слишком понятных спиртосодержащих напитков, производимых в перегонных кубах Германии, наш рынок наводнили водки “Горбачев” и “Перестройка”.

А спустя еще полтора десятилетия вполне официально на прилавках появится сорокаградусная с этикеткой “Путинка”. Утверждают, что в провинции большим спросом пользовалась “белоголовка” “Медведевская”.

И вот новый идеологический водочный рубеж взят. В Ленинградской области появилась бутылка, названная “Нацпроект”. Собственно, водка всегда у нас относилась к числу национальных проектов, просто отныне ее призвание легализовано. Впрочем, повторимся: для потребителя цена важнее этикетки.