Вы здесь: Главная > Свобода важнее модернизации

Свобода важнее модернизации

Споры о модернизации, обострившиеся в газетах, простых и живых журналах после известного выступления президента, вызывают сложное чувство. С одной стороны, что ж плохого в том, чтобы догнать и перегнать?

Какой враг поднимет руку на широкополосный Интернет, хозяйским шагом входящий в каждую избу, саклю и рюмочную? Какой изверг посмеет разбить мелкоскоп, в который народ желает разглядеть наночастицы и состроить козу инфузории туфельке? Модернизация — это вроде бы хорошо, полемику закрываем.

С другой стороны, неясен ответ на вопрос, кто воспользуется плодами грядущего обновления? А ведь это важный вопрос. Когда мирная научно-техническая революция происходит в нормальной стране, то прогресс и впрямь входит в каждый дом. А если это случается, например, в Северной Корее, то широкополосное счастье обретает лишь семья Ким Чен Ира, подслушивающие же устройства размером с комариный нос легко размещаются в сараях и хижинах счастливых граждан.

Сталин был великий модернизатор. Как известно, он принял страну с сохой, а сдал с ядерной бомбой, перебив столько населения, что казалось, будто эта бомба и упала на страну. Гитлеру повезло меньше: он не успел обрести чудо-оружие, и данную модернизаторскую неудачу до сих пор с радостью вспоминает выжившее человечество.

В наши дни планами модернизации, связанными с обогащением урана, промышляет отважный человек Ахмадинеджад, и если его вовремя не остановить, то последствия будут самые печальные для целого региона.

Все это, конечно, крайние примеры. Иллюстрирующие банальную мысль: модернизация — это мертвое слово, обретающее живой смысл лишь в конкретных обстоятельствах. Применительно к живым людям.

Два дня назад в тюрьме «Матросская тишина» скончался Сергей Магнитский, 37 лет. Юрист, защищавший интересы инвестиционного фонда Hermitage Capital Management. И речь тут не о тонкостях отношений России с Великобританией, жертвой которых стал этот молодой человек, но о том, что тяжелобольному заключенному было отказано в лечении.

Это одно из привычных средств давления следствия на узника. Он писал жалобы, его адвокаты сочиняли безнадежные петиции, а в понедельник мать Магнитского приехала с очередной передачей, и ей сказали: «Передача не нужна, так как ваш сын умер».

Может, о том и говорил Медведев в своем послании: вперед, Россия, даешь аппараты УЗИ в каждый отечественный гулаг! Нет, об этом он не говорил, и правильно делал. Потому что никакие аппараты никого не спасут, покуда в наших тюрьмах будут преобладать скотские нравы. У тюремной администрации — в широком смысле слова — появится персональный скоростной Интернет, а заключенные, как и раньше, будут загибаться в камерах и тех больницах, где окна с решетками.

На мой взгляд, модернизация сверху, если уж никак иначе в России нельзя, должна начинаться с самых простых вещей. Давно уже испытанных в нормальных странах, но у нас все еще воспринимаемых как хайтек. До которого народ не дорос.

Взять ту же политику. Несомненные успехи в деле ее модернизации будут достигнуты после того, как смысл слова «выборы» станет понятен избирателю. Когда так называемый национальный лидер перестанет гнобить в лагерях или вышвыривать из страны людей, с которыми у него не совпали взгляды на будущее России.

Модернизация городского хозяйства немыслима без отлучения от власти засидевшегося, в связи с отменой обычных выборов, патентованного ворья.

Модернизация права невозможна без тотального реформирования силовых органов, веками приученных к пыткам и поборам. Модернизация армии означает отмену призывного рабства. Список легко продолжить, но трудно зачитать вслух, используя нормативную речь.

Видите ли, использование провокаторов, которые со словами «мы провокаторы!» встают рядом с одиноким пикетчиком, чтобы милиции легче было винтить оппозиционеров, это — смелое новшество в деле борьбы с Конституцией, но по сути — архаика. Архаично вообще всякое подавление свободы в мире, где благополучие государства давно уже неотделимо от благополучия человека.

А общество, выстроенное для обслуживания начальства или же удовлетворения его садистских наклонностей, в этом мире признано безнадежно устаревшим.

Ибо свобода не просто лучше, чем несвобода. Свобода — необходимое и достаточное условие достойной человеческой жизни. В отличие от модернизации, которая с одинаковой скоростью может привести людей к процветанию и к полной гибели всерьез. В зависимости от того, кто руководит процессом, ради каких целей затевает и что за общество ведет за собой к сияющим вершинам прогресса.