Вы здесь: Главная > Миру все еще угрожает большая война?

Миру все еще угрожает большая война?

Никто из членов администрации Обамы, конечно, не отрицает реальности войн и конфликтов в двадцать первом столетии, однако все (во главе с самим президентом Бараком Обамой желают и надеются, что, как выразился Уинстон Черчилль, ‘лучше болтать, чем воевать’.

Изначально политика президента в отношении, в частности, Ближнего Востока базировалась на убежденности в том, что и угроза появления у Ирана ядерного оружия, и непрекращающееся противостояние в Ираке, и арабо-израильский конфликт суть проблемы, могущие быть разрешенными путем мирных переговоров. Бывший глава большинства в сенате Джордж Митчелл (George Mitchell), сыгравший столь конструктивную и по достоинству оцененную роль в заключении Белфастского соглашения Страстной Пятницы 1998 года, взялся за исполнение своих новых обязанностей в качестве главного эмиссара мирных переговоров на Ближнем Востоке, вооружившись именно этим видением и открыто его выражая.

Как ни странно, представление о том, что полномасштабные наземные войны между большими промышленно развитыми странами ушли в прошлое, разделяли даже суровые и реалистично настроенные военные специалисты (точнее, люди, считавшие себя таковыми) из администрации прежнего президента Буша.

В первые шесть лет бушевского правления политическое руководство США (и в первую очередь — Доналд Рамсфелд (Donald Ramsfeld), шесть лет руководивший военным ведомством) пребывало в убеждении, что с появлением высокоточного оружия и развитием технологий разведки и связи США в военном отношении превратятся в абсолютного мирового лидера, но перестанут нуждаться в сотнях тысяч (или даже миллионах) солдат.

Республиканцы, выросшие на романах Тома Клэнси (Tom Clancy), четверть века жили в таком мире, где это казалось истиной.

Демократы же, хотя и не с таким бешеным энтузиазмом верят, будто электронное супероружие сводит к нулю потребность в огромных массах войск с более примитивным оружием, все же полагают, что эпоха массовых противостояний наземных армий ушла в прошлое.

В это же верят и все большие страны Европейского Союза, а в особенности — руководство Еврокомиссии в Брюсселе.

Единственная проблема состоит в том, что руководство целого ряда мировых держав в это не верит — и строит свои планы в соответствии с совершенно другими принципами.

Так, российская армия в настоящее время переживает период реформирования в масштабах, не имеющих прецедента за последние тридцать лет. Долгие годы это не представляло особенных финансовых трудностей в связи с небывало высокими ценами на нефть и газ на мировом рынке. Но и сейчас, когда в связи с мировым экономическим спадом цены на энергоносители резко упали, Россия все равно не отказывается от своей амбициозной программы модернизации армии.

Таким образом, Россия продолжает энергично укомплектовывать свою армию новейшими танками Т-90С, ударными вертолетами тактической поддержки Ка-50, боевыми машинами пехоты БМП-90, реактивными системами залпового огня и прочим.

Кроме того, недавно Совет безопасности России, возглавляемый суровым союзником премьер-министра Владимира Путина Николаем Патрушевым, объявил о новой доктрине национальной безопасности, в которой подчеркивается необходимость накопления как обычных, так и ядерных вооружений стратегического назначения с целью отражения предполагаемого противника, в особенности США и Организации Североатлантического альянса (НАТО).